Кто застал еще хотя бы восьмидесятые в сознательном возрасте, тому не надо объяснять, о чем поет Высоцкий в песне про “Ноль-семь”: “Девушка, здравствуйте! Как вас звать? Тома! Семьдесят вторая! Жду, дыханье затая!” Но вот любопытно: почему, собственно, набрав цифры междугородки, любой абонент точно слышал женский голос? Почему это была непременно “девушка”, “барышня”, то есть не телефонист, а телефонистка? Оказывается, у этой профессии есть любопытная история…